Господин Великий Новгород

http://www.vnovgorod.info

Древнейшие страницы истории Новгорода с трудом читаются сквозь сказочный туман легенд, саг и сказаний. До недавнего времени эти легендарные сказания, занесенные в XI—XII веках в новгородские летописи, были единственными источниками для изучения наиболее ранней поры истории города.

Широко развернувшиеся в последнее тридцатилетие археологические раскопки на территории Новгорода и его окрестностей осветили многие основные вопросы начальной истории города, но все же и поныне ряд проблем, связанных с древнейшими судьбами города, остается неразрешенным. До сих пор нет единомыслия даже в вопросе о том, по отношению к какому более древнему городу Новгород стал новым городом. Одним исследователям казалось, что этим предшественником Новгорода была Старая Русса, расположенная на южном берегу озера Ильмень, другим — Старая Ладога, отстоящая от Новгорода на 190 километров к северу.

В 1934—1935 годах было частично раскопано так называемое Рюриково городище, находящееся в 2 километрах к югу от Новгорода, у истоков Волхова из озера Ильмень. Это поселение с начала XII века хорошо известно в древнейших новгородских летописях под именем Городище в качестве резиденции новгородских князей, вытесненных из города в процессе сложения нового политического строя вечевой республики. Однако раскопки вскрыли на этом городище слои, относящиеся к значительно более древнему периоду — к концу IX—X веку. Есть некоторые основания думать, что по отношению именно к этому поселению передвинувшийся несколько к северу город получил имя «Нового города». Такого рода передвижки на более удобную территорию, обеспечивавшую дальнейшее развитие города, в конце IX—X веке были характерным явлением в истории целого ряда древнерусских городов, вызванным бурным ростом их в процессе феодализации.

Раскопками на территории города до сих пор не удалось обнаружить слоев старше X века. К самому концу X века относится первая крупная постройка — дубовая церковь Софии «о тринадцати верхах», выстроенная в 989 году присланным из Киева первым новгородским епископом Иоакимом.

Как и другие города Древней Руси, Новгород даже в эпоху своего расцвета был городом по преимуществу деревянным. Частные и общественные здания, торговые и производственные сооружения возводились почти исключительно из дерева. Обусловленная огромными лесными массивами края дешевизна строительного материала и удобство его доставки по многочисленным водным артериям способствовали развитию плотничьего дела. Не случайно киевляне еще в 1016 году презрительно называли новгородцев плотниками («А вы плотницы суще, а приставим вы хором рубити наших»). О многочисленных деревянных постройках — крепостных стенах, мостах, церквах и хоромах знати неоднократно повествуют уже в древнейший период новгородские летописи.

Но древний деревянный Новгород пока лежит под землей. Археологическими раскопками вскрыты в разных районах города комплексы разновременных деревянных сооружений, которые позволяют составить некоторое представление о новгородской деревянной архитектуре. Архитектурный ансамбль древнего Новгорода складывался в основном из деревянных жилых и хозяйственных построек, среди которых возвышались каменные храмы, оборонительные сооружения и хоромы знати. Но нередко и эти постройки рубились также из дерева. Прекрасная сохранность дерева в условиях новгородской почвы обещает в будущем дать возможность глубже и детальнее изучить историю деревянного зодчества Великого Новгорода.

С 1044 года началось строительство каменных стен кремля, который в древнем Новгороде обычно называли детинцем или каменным городом. Год спустя, в 1045 году, в новом детинце был заложен каменный храм Софии.

Отказ князя Ярослава Мудрого в 1014 году уплачивать Киеву установленную Владимиром Святославичем дань явился фактическим провозглашением новгородской независимости. Деятельность Ярослава была тесно связана с Новгородом, хотя он и перешел княжить на юг. В 1036 году Ярослав посадил на княжение в Новгороде своего сына Владимира, так как, сделавшись после смерти Мстислава Тмутараканского «самовластием» Русской земли, он уже не мог уделять должного внимания Новгороду, хотя и не переставал интересоваться его судьбой.

Именно об этом свидетельствует летописная запись 1044 года о закладке новгородского детинца, произведенной по приказанию Ярослава. Однако интерес Ярослава к новгородским делам отнюдь нельзя рассматривать как доказательство полного подчинения Новгорода Киеву. Ярослав пришел в Киев как новгородский князь и до конца своей жизни старался поддерживать с Новгородом самые лучшие отношения. Когда в 1052 году умер Владимир Ярославич, Новгород был уже «Владимировой волостью», а не волостью его отца. В 1054 году, разделив перед смертью земли между сыновьями, Ярослав в своем «ряде» не упомянул Новгород. Этот факт говорит о том, что не только в глазах новгородцев, но и с точки зрения киевской политики Новгород в середине XI века был в известной степени независим от Киева.

Политический и общественный строй Новгородского княжества в XI веке еще мало отличался от строя других русских княжеств. Как и в Киеве, в нем сильна была княжеская власть. Князья еще не потеряли права владения землей, права назначать и смещать по своему усмотрению должностных лиц, вершить суд и расправу. Как и в Киеве, власть над городом принадлежала тому, кто владел сердцем города — детинцем.

С 1045 по 1050 год по повелению сына Ярослава — новгородского князя Владимира в центре детинца строится каменный собор Софии. Новгородская София — один из наиболее выдающихся памятников древнерусского зодчества, имеющий мировое значение. Эта постройка свидетельствует о намерении повторить в Новгороде блеск и великолепие княжеского строительства Киева. Новгородская София повторяла киевскую не только по имени. Подобно киевской, она представляет собой огромный расчлененный вереницами столбов на пять продольных нефов храм, к которому с трех сторон примыкали открытые галереи.

Внешний облик храма характеризуется исключительной монолитностью и конструктивностью. Мощные выступы лопаток членят фасады здания в полном соответствии с внутренними членениями. Лопатки как бы укрепляют здание по основным его осям. Подобно киевским памятникам XI века, стены новгородской Софии первоначально не были оштукатурены. Кладка стен, в отличие от киевских построек XI века, в основном состояла из огромных, грубо отесанных, не имеющих квадровой формы камней. Розоватый от примеси мелкотолченого кирпича известковый раствор подрезан по контурам камней, подчеркивая их неправильную форму. Кирпич применен в кладке стен в незначительном количестве, отнюдь не создавая впечатления «полосатой» кладки из регулярно чередующихся рядов плоского кирпича (плинф) и камня, что было характерной особенностью киевского зодчества XI века. Кладка эта, не скрытая под штукатуркой, придавала фасадам здания подчеркнутую мощность и своеобразную суровую красоту. На фоне этой каменной, в основном, кладки стен резко выделялась кладка арочных перемычек над оконными и дверными проемами, выложенных целиком из кирпича.

Новгородская София, подобно своему киевскому прототипу, была парадным сооружением, резко выделявшимся среди окружавших ее деревянных жилищ горожан. Подчеркнутая монументальность княжеских парадных построек была характерна для искусства феодального общества. В этом от­ношении была чрезвычайно выразительна также организация внутреннего пространства храма, рез­ко расчлененного на две части — нижнюю полутемную, как бы подавленную низкими сводами хор, доступную для всех горожан, и верхнюю — залитые светом роскошные полати (хоры), предназначенные только для князя, его семьи и ближайшего круга придворных, входивших на полати через лестничную башню.

Новгородская София, несмотря на несомненную близость к киевскому собору, в то же время и существенно отлична от него. Это отличие заключается не только в том, что в новгородском соборе имеются отдельные конструктивные особенности, не встречающиеся в киевском. Новгородская София отличается от киевской по своему художественному замыслу. Она проще, лаконичнее и строже своего оригинала. Прежде всего значительно более проста вся композиция масс здания. Сложное завершение киевского собора тринадцатью главами заменено в Новгороде более простым и строгим пятиглавием. Архитектурные массы новгородской Софии монолитнее и несколько статичнее, чем расчлененные динамичные массы Софии киевской с ее пирамидальным нарастанием композиции.

Различен и характер интерьеров обоих соборов. В интерьере новгородской Софии уже намечается некоторый отход от сложного «живописного пространства» киевской Софии в сторону большей простоты, с одной стороны, и большей расчлененности, разобщенности отдельных пространственных ячеек здания, с другой. Значительно проще, строже интерьер новгородского собора и в отношении приемов декора. Отказ от мозаики в пользу фрески, отказ от использования мрамора и шифера делают интерьер новгородской Софии значительно более суровым, простым.

http://www.vnovgorod.info